drugoy_dolboeb (drugoy_dolboeb) wrote in zampolit_ru,
drugoy_dolboeb
drugoy_dolboeb
zampolit_ru

Category:

В Белсуде Вы можете быть признаны экстремистом усилиями библиотекарей и физкультурникоff

В Минске 22 декабря продолжился суд над пророссийскими публицистами Сергеем Шиптенко, Юрием Павловцом и Дмитрием Алимкиным. Напомним, в своих статьях для российских СМИ они жёстко критиковали наметившееся сближение белорусских властей с Западом в ущерб интеграции с Россией, а также их заигрывание с радикальным национализмом. За это их обвиняют в «разжигании национальной розни, осуществлённом группой лиц», что подразумевает приговор в виде 5−12 лет реального тюремного срока.

Помимо этого, Павловцу и Шиптенко инкриминируется «незаконное предпринимательство», под которым, как выяснилось, подразумевается получение гонораров за написание авторских статей. Корреспондент EADaily продолжает вести онлайн-трансляцию из зала суда.

12:31 — Павловец: «У меня где-то написано, что День вышиванки — это плохо?» - «Ну, раз комиссия пришла к такому выводу…» (Иванова)

12:24 — Иванова: «Никому в голову не пришло, что замена георгиевской ленточки может разобщить нас с Россией. Это вы пропагандируете».

12:22 — Иванова привела цитату из чужой статьи, вменяя ее Павловцу. Суд предупредил её, что это другая статья.

12:19 — Павловец привёл цитату из одной из своих статей и попросил объяснить, где там был обнаружен «негативный контекст» и «упрек». Иванова не смогла ответить, где именно, хотя сама готовила экспертизу этого текста.

12:14 — Павловец: есть ли у меня фраза «идеей государственного национализма является русофобия»? Иванова не смогла ответить. Хотите я дам вам текст, поищите, предлагает Павловец.

12:07 — «Если я кого-то называю политически неграмотным или не разбирающемся в политике, я его национально оксорбляю? Правильно я вас понял?» — «Нет, неправильно» — «В чём оскорбление тогда?» — «Негативное высказывание в адрес белорусского общества». — «Ещё раз — когда я говорю „политическая неграмотность“, я оскорбляю человека?» — «Нет, но если это переносится на всю нацию, тогда да». — «В вашей эксперизе вы утверждаете, что я считаю официальную историю Белоруссии мифической. На основании чего вы делаете такой вывод?» Иванова говорит, что ей нужно почитать заключение, и она не может ответить. «Вы понимаете слова «исторический миф»? — «Я понимаю слово «история» и понимаю слово «миф».

12:04 — Юрий Павловец: «Вы говорили о том, что человек должен обладать „фоновыми историческими знаниями“. Как вы думаете, кандидат исторических наук может обладать более глубокими знаниями, чем у вас?» — «Не сомневаюсь, что он обладает такими знаниями».

12:02 — Дмитрий Алимкин: «На основании частного обвинения неких людей, в частности, библиотекаря, люди находятся больше года под арестом?» Судья уточнил, в каком контексте Алимкин говорит о библиотеркаре. Тот заявил, что имеет в виду квалификацию Ивановой.

11:59 — Из «фейсбука» Кристины Марчук. «Я направила запросы о том, где они (члены экспертной комиссии — EADaily) находились в момент заседания комиссии — запросы им на работу. Оказалось — в дни заседаний комиссии члены комиссии были по 8−11 ч на работе, кто в командировке, кто на больничном
Деятельность в респ. экспертной комиссии — на общественных началах. То есть если они отлучаются с работы, это фиксируется. В комиссии 21 человек. Кворум — 11. Но интересно, что по всем обвиняемым заседали одни и те же люди. А Павловец под 2- мя псевдонимами — Радов и Юринцев. Но почему — то по нему 1 заседание. Как будто комиссия знала, что это один человек».


11:54 — Дмитрий Алимкин задаёт вопрос. «По образованию вы библиотекарь. Есть ли методика отличаемости языков от диалектов?». — «Нет, не знаю таких методик» — «Значит, это ваше мение? Где написано, что диалект это ругательное слово?»

11:50 — В чем заключается инкриминируемый экспертами Павловцу «особый вид воздействующего дискурса?», спрашивает адвокат. Иванова не знает.

11:44 — Адвокат Мария Игнатенко пытаетяся выяснить, кого Иванова считает экспертом. Ответ: это лицо, проводящее оценку информационной продукции на предмет экстремизма. И это лицо, которое не обладает специальными познаниями? — спрашивает адвокат. Для эксперта, по словам Ивановой, очень важны «фоновые знания», то есть «знания окружающей среды, в которой происходит то или иное явление», «знание контекста». Что такое «фоновые знания» и «среда», спрашивает адвокат. По мнению Ивановой, это «те события которые происходят во время оценки, «например, политический конфликт». Адвокат: то есть вы политичеcкий конфликт напрямую связываете с оценкой публикаций? — «Не связывается, но учитывается». Какими же должны быть фоновые знания, интересуется адвокат. «Исторические моменты, знание истории». Адвокат: как определить, знает ли человек историю, или нет? Как это определял замминистра информации Матусевич? — «Не знаю, как он определял». — «Кто-то из членов комиссии является историком?» — «Нет». — «А обладали ли они «фоновыми знаниями»? — «Этими знаниями обладает практически любой человек».

11:36 — К вопросам переходит адвокат Сергея Шиптенко.

11:33 — Иванова также не знала, что данные о доле населения Белоруссии, говорящем на одном из государственных языков, приведённые в публикации Павловца, взяты им из одной из аналитических статей. При это в своем заключении она допустила ошибку в цифрах, но заявила, что она носит технический характер. Кристина Марчук в связи с этим задалась вопросом, почему в ее заключении это считается технической ошибкой, а в публикации Павловца — разжиганием. Иванова не смогла ответить на это замечание.

11:31 — Общеупотребима ли при составлении заключений практика применения терминов «нормальная нация» и «полноценный народ», спрашивает адвокат. такая терминология? По словам Ивановой, такие термины не используются. Адвокат заявляет, что у неё больше нет вопросов.

11:24 — «Что вы усмотрели в публикациях Радова? Какие призывы вы усмотрели?» — «Пропаганду разжигания вражды и розни». — «Вы цитату можете конкретную привести?» Иванова отвечает, что автор писал о бюджетниках и жителей деревень, для которых характерна «тутэйшэсть». Её спросили о значении этого слова. Она сослалась на некую монографию.

11:22 — «Вы специалист по библиотековедению. Вы считатете свою квалификацию достаточной?» — «Я не буду отвечать на этот вопрос, потому что я включена в состав комиссии постановлением Совета министров. Раз меня туда включили, значит были какие-то основания для этого».

11:20 — Помните что-нибудь про заседание 2 декабря? — Нет, это было год назад (Не помните, и не помните, успокаивает Иванову судья). Кто присутствовал, сколько длилось заседание и какого рода велась дискуссия Иванова опять же не помнит. Она отвечает «не помню» практически на все вопросы адвоката относительно работы комиссии. Помнит лишь, что в тот день все её члены приняли решение единогласно.

11:18 — Были ли заранее оговорены сроки экспертизы по текстам Николая Радова (псевдоним автора, за которым, как утверждает следствие, скрывается Юрий Павловец — EADaily)? — В данном случае не помню. — Кто-то ставил задачу скорее произвести экспертизу? — Нет, не ставил.

11:14 — Адвокат спрашивает о рабочем времени комиссии. Иванова отвечаает — с 9:00 до 18:00 ровно. Если обращение министерства было 30 ноября, а заседание комиссии — 2 декабря, был ли соблюден срок уведомления экспертов о времени заседания, хотя до этого вы поясняли, что члены комиссии должны уведомляться не ранее чем за три дня? — Ну значит не соблюден.

11:10 — Адвокат отмечает, что согласно российский методике Кукушкиной, которая, по заявлениям белорусских госэкспертов, была применена в «деле публицистов», вопросы правового характера относятся исключительно к сфере права. «А как вы тогда можете положительно или отрицательно отвечать на вопросы правового характера?» — «Какие вопросы?» — «О том, имеются ли в публикациях признаки экстремизма» — «В какой-то мере я согласна, но мы выявляем признаки, а не приходим к выводу».- «Но вы ссылаетесь на законодательство при этом, а это вопрос права. Несут ли эксперты ответственность за свои действия? — «Чтобы нести ответственность, нужно законодательство, а у нас только положение о работе экспертной комиссии» — «Там не прописана ответственность?» — «Нет».

11:03 — «Правильно ли я поняла, что в оценке публикаций вы используете российскую методику?» — «Да». В ответ адвокат напоминает о доклада участника экспертной комисси Кирдун, согласно которому российскую методику к белорусским реалиям применять нельзя из-за разницы в законодательствах. «Известно ли вам это?» — «Известно». — «Как вы ее применяете?» — «Мы на нее ориентируемся»."Известно ли вам, сертифицирована ли российская методика?" - «Нет, не известно». — «Вы задавались такими вопросами?» — «Нет, не задавалась».

11:02 — «Каким образом выбирается эксперт, который будет проводить исследование?» — «Назначает председатель». — «Есть возможность у экспрта отказаться?» — «Если эксперт член комиссии, механизма отказа нет». — «А если эксперт считает, что некомпетентен? — «Нет такого механизма».

10:58 — По словам Ивановой, работа комиссии осуществляется на общественных началах. «Какое должно быть основание для привлечения стороннего эксперта?» — «Председатель привлекает стороннего эксперта по своему решению». — «Это как-то оформляется?» — «Нет». — «Какое должно быть образование у стороннего эксперта?» — «Любое гуманитарное». — «А физкультурное подойдёт?» — «Может, и подойдёт».

10:55 — Адвокат Павловца Кристина Марчук спрашивает Иванову о стаже её экспертной деятельности. Та отвечает, что является членом комиссии с октября 2014 года. Никакого образования, связанного с тематикой экстремизма, она не получала. Кто из ваших коллег защитил диссертации на эту тему, спрашивает адвокат. Ответ: Алла Кирдун. — «Нет, у нее была диссертация по суффиксам» — возражает Марчук.

10:52 — Иванова объясняет, что тема может преподноситься «нейтрально, толерантно», а может преподноситься «враждебно» — как, по её словам, в статье Алимкина. Приводит цитаты о «недогосударстве» и «полицаях».

10:50 — Суд начинает снимать вопросы адвоката как «некорректные». Адвокат Шиптенко протестует.

10:47 — Иванова обратилась к суду с обращением по поводу того, что адвокатом Алимкина начинается допрос ее как эксперта, в то время как она, согласно неким законодательным нормам, не является таковым. Так, она не может ответить на вопрос об источниках, на которые она опиралась при составлении экспертизы. «Вероятно, они были» — об источниках.

10:42 — Какими нормативно-правовыми актами она пользовалась как эксперт при толковании термина «экстремизм», спрашивает Иванову адвокат. У нас толкование термина определено законом о противодействии экстремизму, отвечает она.

10:30 — Судья объявляет пятиминутный перерыв.


Елена Иванова. Фото: Кристина Мельникова/EADaily.


10:24 — Защитник Павловца спрашивает Иванову, какой она заканчивала вуз. По её словам — факультет культуры и искусств БГУ, специальность — «библиотековедение». Адвокат отмечает, что эта специальность никак не связана с определением экстремистской деятельности. Иванова на это отвечает, что согласно постановлению Совета министров, членами комиссии могут быть любые специалисты гуманитарного профиля. По её словам, она также прослушала некие дополнительные курсы. «Так что какими-то знаниями я обладаю», — заявила она.

10:20 — Вопросы судьи: «Сколько заседаний было?» — «По всем публикациям, что я исследовала, было два заседания — в ноябре и в декабре».

10:15 — Криминальными считаются пропаганда и призывы к экстремистским действиям, поясняет Иванова.

10:11 — «Как проходят заседания?» — «По мере поступления информационной продукции на рассмотрение, председатель назначает экспертов, и их задача — проанализировать продукцию, а задача комиссии — оценить и сделать вывод. В состав комиссии входит 21 человек». — «Кто формирует перед комиссией вопросы?» — «К нас имеют право обращаться только правоохранительные органы». — «На основе какой методики?» — «Сегодня утвержденной методики нет, поэтому мы руководствуемся положением комиссии, задача которой — выявление признаков экстремизма».

10:10 — Первым задаёт вопросы прокурор. Иванова входит в состав Республиканской экспертной комиссии с 2014 г., и с 2017 является ее председателем.

10:09 — Перед этим адвокат Шиптенко ходатайствует передать её подзащитному словарь «Политические идеологии» авторства Мельника.

10:06 — Вызывается госэксперт Иванова. Судья предупредил, что все высказывания личного характера в её адрес будут сниматься.
Tags: Белоруссия, Белорусская весна, Белорусские абассаки, В Белорусской армии дураков не держат, В главных идеологах дураков не держат!, Затяжная эрекция, баба, закон и порядок, законотворчество, зверский дискурс, репрессии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 56 comments