aprosh wrote in zampolit_ru

Category:

Двое в комнате: я и Трамп

Американская свистопляска вокруг встречи Путина и Трампа в Хельсинки не только продолжается, но и набирает обороты! Взялись уже и за его переводчицу. Сегодня в «Нью-Йорк таймс» выходит статья, интернет версия которой появилась на редакционном сайте питерской ночью, когда на Восточном побережье США было ещё 19 июля. Так что вы прочитаете её в моём переводе даже раньше американцев.

Кто слышал, что Трамп сказал Путину? Только единственный другой американец

Марина Гросс, единственный американец, кроме Трампа, в зале во время встречи президента США в понедельник с президентом России Владимиром Путиным, была переводчиком Лоры Буш на российском курорте в Сочи в 2008 году и переводила для бывшего госсекретаря Рекса Тиллерсона в Москве в 2017 году. Она, кажется, живет в квартире в Арлингтоне, штат Вирджиния, является сотрудником Государственного департамента и неудивительно, что свободно говорит по-русски.

Марина Гросс, переводчик Госдепартамента, во время встречи в понедельник между президентом Трампом и президентом России Владимиром Путиным России в Хельсинки, Финляндия. Фотография кредитного пула Алексея Никольского.

Мало, что ещё известно о г-же Гросс, которая оказалась в центре внимания в качестве потенциального подтверждения того, что произошло между двумя лидерами во время их двухчасовой встречи в Хельсинки. По мере того как фурор по поводу встречи ширится, она сталкивается с нарастающими призывами Конгресса дать показания о том, что она слышала. Ее коллеги-переводчики, которые гордятся своим осмотрительностью и незаметностью, этими требованиями возмущены.

Белая записная книжка г-жи Гросс, видимая на фотографиях со встречи на высшем уровне, вероятно, бесполезна, говорят опытные правительственные переводчики, поскольку наполнена ее личными сокращениями, которые никому больше не разобрать. А если бы она сказала, что именно узнала, то нарушила бы этический кодекс конфиденциальности, подобно общению адвоката и его клиента или соблюдение священником тайны исповеди.

Только г-н Трамп, который то и дело противоречил сам себе в своих рассказах о том, что было им сказано, и жаловался на отсутствие справедливого освещения в СМИ встречи, свидетелями которой были только четыре человека, может позволить г-же Гросс рассказать кому-либо о том, что она слышала. Белый дом не говорит, попросил ли г-н Трамп свою переводчицу это сделать.

«Это абсолютно кошмарная ситуация для всех, кто может в ней оказаться, — сказала Стефани ван Рейгерсберг, начальник отдела устного перевода в Управлении языковых служб Государственного департамента, которая назначает переводчиков на такие встречи в течение 18 лет. — Это очень сложная ситуация: её попросили дать информацию о конфиденциальной встрече, да, к тому же, когда делается такой синхронный перевод, возникают проблемы с памятью».

Но некоторые законодатели уже призвали обнародовать заметки г-жи Гросс, опасаясь того, что имел место обмен какими-то заверениями между российским лидером, известным бесстыдными опровержениями, и американским президентом, известным частой ложью.

«Учитывая эту историю, американский народ заслуживает знать, использовал ли Трамп свою позицию или эту встречу с Путиным, чтобы продолжать преследовать свои финансовые интересы», — заявил на этой неделе представитель Билла Паскрелла-младшего, демократ из Нью-Джерси, в своем письме в Комитет по надзору и правительственной реформе Палаты представителей, требуя заслушать публичные показания г-жи Гросс.

Пока что это маловероятно. Республиканцы в Комитете по расследованию Палаты представителей проголосовали за отказ от официальной попытки демократов в четверг подать в суд на г-жу Гросс, а должностные лица Государственного департамента отказались комментировать гипотетическую ситуацию.

Но переводчики заявили, что даже обсуждение того, должна ли г-жа Гросс засвидетельствовать, может поставить их работу под угрозу.

Они указывают на кодекс этики, который связывает их профессию: переводчики «связаны строжайшей секретностью» по отношению ко всем и к любой информации, раскрываемой в среде, закрытой для публики.

«Надеюсь, это останется лишь пожеланием некоторых конгрессменов, - сказала 45-летняя Юлия Цаплина, внештатный русский переводчик из Парижа, которая сообщила, что требования американских законодателей вызвали горячие споры и беспокойство у нескольких ее зарубежных коллег. — Вся наша ценность в том и состоит, что мы можем верно и точно переводить, сохраняя при этом услышанное в тайне. Это по существу разрушит все доверие к нашей профессии».

Правительственный чиновник, знающий современные методы перевода, сказал на условиях анонимности, что даже смысл личной лексики переводчика — символы, каракули и слова, используемые для передачи мысли или идеи, может развиваться изо дня в день. Это затрудняет для переводчиков напоминание фрагментов мысли. Кроме того, многие переводчики часто уничтожают свои заметки, если сотрудник службы безопасности еще не затребовал их после строго секретных разговоров.

«Они сразу попадают в мусорный бак, — сказала Цаплина о своих заметках. — Потому что они бесполезны».

Чиновник сказал, что призывы Капитолийского холма заслушать показания г-жи Гросс были недальновидны со стороны законодателей, которые часто используют переводчиков для своих личных встреч. Государственный департамент в настоящее время имеет 12 штатных переводчиков-синхронистов на арабском, французском, японском, корейском, китайском, русском и 16 штатных переводчиков, которые переводят письменные тексты  на арабском, русском и украинском языках, сказал представитель Госдепартамента. Госдеп также имеет три специалиста по языку на болгарском и польском языках и часто дополняет персонал с устными переводчиками.

Г-жа ван Рейгерсберг сказала, что, по ее опыту перевода на испанский языке, на встречи один на один или телефонные переговоры её приводил официальный наблюдатель или высокопоставленный сотрудник службы безопасности. Если она получала разрешение от должностного лица, для которого переводила, сказала она, то часто представляла резюме другому должностному лицу, что может быть подтверждено наблюдателем. Задача, по ее словам, заключалась в том, чтобы вспомнить общую картину беседы, полагаясь на краткосрочную память.

«Вы в самом деле верите, что человек, который так много и настолько интенсивно работал, может запомнить каждую деталь того, что она переводила? — недоумевает она. — Вы слушаете, вы пишете, вы выясняете, как выразить это на другом языке, вы повторяете это».

Стенография, добавила г-жа ван Рейгерсберг, «это не наша работа».

Задача учета, когда американский президент проводит высокочувствительную встречу с иностранным лидером, в частности состязательным, давно досаждает чиновникам администрации. Даже когда президент Рональд Рейган и президент Советского Союза Михаил Сергеевич Горбачев произвели небольшую ротацию устных переводчиков на встрече на высшем уровне 1986 года в Рейкьявике, отсутствие дословной стенограммы вызвало обвинения в «искажении». Когда эта пара встречалась предварительно только с участием переводчиков-синхронистов, г-н Рейган лично информировал членов своей делегации дважды в день по памяти.

Майкл А. Макфол, бывший американский посол в России, заявил в четверг в интервью, что наблюдатели важны. Он описал фотографию, которую сделал сам, блокнот и ручку, когда президент Барак Обама встречался с Путиным в 2015 году.

«Я был официальным наблюдателем за встречей, - сказал г-н Макфол, который запутался в противоречивых переводах того, разрешит ли Белый дом Москве расспросить его. — Этого не хватало на встрече Трампа и Путина».

Александр Вершбоу, бывший посол в России при президенте Джордже У. Буше и советник по национальной безопасности при президенте Билле Клинтоне, сказал, что заставить г-жу Гросс предстать перед Конгрессом, скорее всего, будет нарушением привилегий исполнительной власти.

«Я думаю, что использование переводчика в качестве мальчика для битья является скорее отражением недоверия к президенту Трампа и его суждению в отношении России, — сказал г-н Вершбоу, который сейчас является членом Атлантического совета. — Я думаю, что это неудачная попытка политизировать роль переводчика».

Эмили КОКРЕЙН (Emily Cochrane) при участии Китти БЕННЕТ (Kitty Bennett).

Оригинал статьи.

Error

default userpic

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.