Не надо быть наивными. Кто-то, конечно, хочет, но их не больше четверти». Сопротивление «бусификации» еще не означает массовый протест против киевского режима

укряя.jpg

«Украинцы стали единой силой способной противостоять внешнему и внутреннему врагу, все общество ненавидит полицаев» — утверждает популярный украинский тг-канал, комментируя очередное видео с сопротивлением ТЦКашникам. Но так ли это? Или мы видим локальные вспышки гнева доведенного до отчаяния населения? Можно ли считать, что все, кого сегодня хватают на улицах «людоловы», хотят мира с Россией?

— Какой процент жителей Украины — большинство или меньшинство — желает скорейшего заключения мирного договора, без релевантной социологии узнать невозможно, — считает обозреватель издания «Украина.ру» Павел Волков.

— В условиях пропаганды и тотального контроля за инакомыслием, многие просто побоятся сказать, что думают на самом деле. Но то, что процент сторонников мира растет — факт.

Важным фактором такого роста стал «Миндич-гейт», не просто коррупционное дело, которым никого особо не удивишь, а мардорество на оборонных средствах, то есть на жизнях собственных граждан. Люди сидят без света, тогда как целая группа вещающих о «патриотизме» начальников выводит на личные счета деньги, которые западные страны дали Украине на укрепление энергообъектов.

Умирать без прозрачных военных целей (о победе ведь речи нет) ради того, чтобы обогащалась кучка аферистов, которые в свое время пришли к власти именно на мирной риторике, готовы разве что самые идейные националисты, но таких меньшинство.

Еще один фактор — «бусификация». Во-первых, такая активность показывает, что добровольцев больше нет. Их действительно было много в 2022—2023 годах (особенно во время военных успехов ВСУ в Харьковской области и Херсоне), но затем все изменилось.

Конфликт стал слишком затяжным и кровавым, его первоначальные цели в виде выхода на границы 1991 года перестали озвучиваться даже начальством, а погибать за небольшие города Донбасса, которые еще в 2014 году украинская пропаганда назвала «омоскаленным сепарским регионом» и по сути отрезанным ломтем, готовы далеко не все.

Учитывая открытый террор со стороны силовиков, люди сопротивляются, прежде всего, ногами. Больше 6 млн человек правдами и неправдами, за любые деньги, покинули страну, несмотря на закрытые для мужчин границы. Тот факт, что более 1,5 млн из них прибыли в Россию (это больше, чем в любой отдельно взятой стране ЕС), говорит о многом.

Активное же сопротивление «бусификации» начиналось в маленьких местечках Западной Украины, где почти все жители — родственники. В этом году оно постепенно перекинулось и в мегаполисы Юго-Востока.

Люди хотят мира любой ценой, жизни важнее опустошенных территорий с разрушенными городами. Любая политическая сила, которая найдет в себе решимость не испугаться угроз нацистских групп и согласиться на мирные условия России, найдет понимание среди широких масс.

— Умонастроения даже многих наших экспертов, а не то, что простых людей, напоминают ту наивность, которая царила среди значительной части советских граждан летом 1941- го, — говорит историк, публицист, ветеран русского движения Донбасса, постоянный эксперт Изборского клуба Александр Дмитриевский.

— Тогда многие считали, что если рассказать обманутому германскому пролетариату всю правду о кровожадном Гитлере, то народ восстанет, сметёт нацистов, а в Берлине Красную Армию будет встречать освобождённый из тюрьмы Тельман.

Кстати, на той стороне точно также верили в то, что советские люди только и ждут освобождения от ненавистных им большевиков во главе с тираном Сталиным. Но, как показали и битва за Москву в 1941 году, и битва за Берлин 1945 года, державшие оборону в обоих случаях не были похожи ни на обманутых пропагандой, ни на идущих в бой из-под палки.

Думаете, на Украине сейчас громко звучат голоса тех, кто готов воткнуть «штык в землю»? Нет, в большинстве своём это либо живущие по принципу «моя хата с краю», либо те, для кого боевые действия должны выглядеть совсем иначе.

Если с первыми всё понятно, то вторым нужна «победоносная война» *, при которой некогда могущественная российская армия, получив сокрушительный отпор, сверкая подмётками, бежит не то что за Урал, а за Байкал, и внезапно прозревший русский народ встретит украинские войска хлебом-солью.

Но так как реалии противоположны ожиданиям, то нет большого количества желающих идти в окопы, где как минимум придётся терпеть лишь одни поражения, а как максимум — отдать жизнь непонятно за что.

Да, против этого люди будут выступать, но не забывайте, что в США против войны во Вьетнаме тоже не сразу начали протестовать, а лишь после того, как американские войска были жестоко биты куда более слабым противником. И американскому юношеству не хотелось идти на смерть за интересы Белого дома.

И все же. Много на Украине сейчас сторонников заключения мира?

— Не думаю, что таковых больше четверти населения, это в лучшем случае. Тем более что людей в большинстве своём напрягают не столько сами боевые действия, сколько связанные с ними неудобства в виде невозможности выехать за границу или необходимость скрываться от мобилизации.

Ну ещё, понятное дело, никого не радуют прилёты «Гераней», отключения электричества, а также общее ухудшение экономической ситуации. То есть от противостояния с Россией большинство не отказывается, но при условии, что платить будут им, а не они как сейчас.

Когда масса противников продолжения кровопролития может стать критической для изменения ситуации?

— Когда украинский режим согласится на капитуляцию. История наглядно доказывает, что пока находящиеся при власти не желают сдаваться — даже в самой критической ситуации за ними будет большинство.

Но если они дадут слабину и пойдут на компромисс с противником — от них отвернутся даже самые преданные сторонники.

— Я пока не вижу массовости и самоорганизации в украинских регионах, — отмечает политолог Владимир Карасев.

— В основном это такие спонтанные реакции. Идут рядом, допустим, женщины, старики, заступаются за какого-нибудь молодого человека. Либо, к примеру, в той же Одессе, когда на «7-м километре» (большой базар — Ред.) люди, которые годами совместно работают, друг друга знают, вступаются. Поэтому я бы считал эти случаи локальными.

Нынешнее украинское общество пока не готово самоорганизовываться. Обратите внимание, люди не вышли, когда начали повсеместно хватать мужей, отцов и мобилизовать. Не вышли, когда начались репрессии против УПЦ. Нынешнее поколение — это поколение потребителей. Могут организоваться только если будет поддержка со стороны США либо Европы, и будут заплачены деньги.

Понятное дело, все они не хотят воевать. Думаю, как минимум, половина населения Украины хотела бы, чтобы всё закончилось. Но при этом вторая половина это женщины, чиновники у которых бронь и мужчины по возрасту и здоровью не подлежащие мобилизации, активно хочет воевать «до последнего украинца».

Чтобы были границы 1991 года, чтобы Россия сама сдалась или взорвалась изнутри. Но воевать за это должен кто-то другой. Не он лично. Каждая украинская семья живет по принципу «моя хата с краю». Они не способны к единению. Они хотят мира не для того, чтобы где-то — далеко от них, перестали убивать, а для того, чтобы можно было спокойно выходить на улицу.

И даже не задумываются, что чем дольше будет продолжаться российская спецоперация, тем меньше территорий у Украины останется.

Что касается тех людей, которые поддерживают различные мирные инициативы, их, к сожалению, немного. Вполне возможно, что где-нибудь на кухне они сидят и обсуждают…

Та малая часть украинцев, которые действительно хотят мира, которые действительно хотят дружбы между братскими народами, они с 2014 года находятся в ополчении ДНР и ЛНР, а с 2022 года — в подразделениях российской армии.

Follow us:

Applications

COMPANY

PRODUCTS

COMMUNITY

CHOOSE LANGUAGE